ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Татьяна ЧЕРНЕНКО


 

 

Однажды ушедший — мертв

 

Ты пойми, он уже не вернется. Если сердце в груди дрожит,

Просто сделай себе вкусный кофе, чтоб еще один день прожить.

Ты купи себе добрую куклу, уложи на свою кровать.

И не бойся. В огромной квартире удивительно сладко спать.

Все твои серпантинные ночи не нужны никому, мой друг.

Если будет совсем нестерпимо, лучше выключи вовсе звук.

Пусть никто никого не оставил, пусть он любит тебя еще —

Он уехал. Не следует виться по дороге его плющом.

Люди помнят, а после прощают. Но однажды ушедший — мертв.

Ты поймешь, ты вернешь... Нет, не нужно. Ни к чему прошлогодний мед.

Ты сама уезжала так просто. Не всегда все пути — лишь в Рим.

Ты же дикая злая кошка, а не преданный белый Бим.

Ты такая сегодня смешная. Помнишь, как он с собою звал?

...Здесь на стенах чужие портреты — лучше выйди в соседний зал.

 

 

 

Карнавал

 

Конфетти, Пьеро, вино,

                                     краски...

Всё, чем живы ещё, —

                                         на кон!

Я — ваш шут, комедиант

                                             в маске,

И корона моя —

                                  картон.

 

— Может, выращу птенца?

                                               — Всмятку.

— В госпожу из субретки?..

                                               — Чушь!

...Моя жизнь (вершки всегда

                                                   слАдки) —

Оперетта для «Мулен

                                         Руж».

 

Задыхается во мне

                                   кто-то:

Не разгульный маркиз

                                           де Сад* —

Это глупая жена

                                Лота,

Оглянувшаяся

                                      назад...

______________________________

* Маркиз де Сад — французский аристократ, писатель и философ, проповедник абсолютной свободы, которая не ограничена ни нравственностью, ни религией, ни правом, основная ценность жизни — утоление стремлений личности. Слов «садизм» образовано от его имени.

 

 

 

Черный фокусник

 

Мне хотели морскую волну

Наколоть на звенящую спину,

Но черкнула игла — «прокляну»:

Променяли на ребра и глину*.

 

Повторяет: «дыши — не дыши»

Надо мною испуганный кольшик.

В черный ящик горящей души

положу золотой колокольчик.

 

Мой звенящий светло глокеншпиль**,

Улетай в лучше в дальние страны.

Здесь полгода беспросыпный штиль

И на землю не падает манна.

 

Я тихонечко гибну, дружок.

В январе ядовиты медузы.***

Не затянется этот ожог.

Улетай. Не хочу быть обузой.

 

Черный фокусник, лживый игрок,

обещал мне дельфинов и море.

А осталась лишь парочка строк

и большое спокойное горе...

 

------------------------------

* В отличие от Евы, которую сделали из ребра Адама, его первая жена Лилит была создана по образу и подобию Господа.

** немецкое название колокольчика

*** в Японии 15 августа заканчивается купальный сезон, так как считается, что в холодной воде водятся ядовитые медузы.

 

 

 

Завести бы тебя в лабиринт Минотавра

 

Завести бы тебя в лабиринт Минотавра,

где сужается белый проход в перспективе...

Ихтиандр, ты начал отращивать жабры,

чтобы плавать спокойно в теченьи Гольфстрима.

 

Марсианские хроники на ночь — банально.

За стеклом беззастенчиво воют сирены

И как хочешь — анально, орально, морально —

Отдаются за малый букетик сирени...

 

И Синбад-мореход с неприятной ухмылкой

утирает бородку свободной рукою.

У него их — десятки, их после — в копилку...

А сирены не знают ни сна, ни покоя.

 

Чей портрет на стене? Чьи глаза в отраженьях?

Перспектива сужается, как в лабиринте...

Ихтиандр, ты очень спокоен в движеньях.

А в бочонке питья — ну ни капли, ни пинты!

 

Так в какую нас все-таки сторону носит,

где найдет свой приют наш веревочный плотик?

Мы опухли, нас давеча жалили осы, —

окольцована я, в пальце — жало — их дротик.

 

Чем же все же прельстились? Духами, стихами ль?

На бродягу напялили маску вельможи.

Так волна на волну набежит — и стихает,

И смолкает: «Расстанемся. Мы непохожи».

 

 

 

В тот март, когда ударило под двести...

 

В тот март, когда ударило под двести

Безумных вольт, и закипел вольфрам,

Казалось, нас судьба спаяла вместе.

А вышло, как всегда: «Шерше ля фам».

 

Я год напрасно голову морочу,

Решая недопонятый урок,

А жизнь условно сделалась короче

На вычтенный из вечера звонок.

 

Тот, кто со мной, уедет в град свой стольный,

И будут свечи, ночь и фимиам.

Я не хочу опять туда, где больно,

Где страшно просыпаться по утрам...

 

Ты был тогда сильнее, между прочим,

Но пал Хорезм под натиском татар.

Ферзи, кольцо, сиреневые ночи

Без жалости низвергнуты в тартар.

 

Там три стены и тень железной башни,

И призрак Орадур-сюр-Глан*, и Кой**.

Над нами еженощно плачет банши,

А мУка не становится мукОй.

 

...Ужо тебе, я глупенькая кошка

На фюзеляже Curtiss Джао Да***.

Казалось,уходила понарошку,

А вышло — разлучились навсегда.

_________________________________

* Орадур-сюр-Глан — город-призрак, разрушенный немцами во времена Второй мировой войны

** Кой — один из титанов, низвергнутых Зевсом в тартар

*** На фюзеляже Curtiss Джао Да — китайский летчик Джао Да отправился в кругосветное путешествие на своем потрепанном после войны самолете, нарисовав на фюзеляже крылатого кота...

 

 

 

Белоснежный конь всхлипнул на краю

 

Протяни ладонь детскую свою!

Белоснежный конь всхлипнул на краю...

Принца-подлеца своего не жди!

Два святых лица, серые дожди,

Синие глаза, кудри, как пшено.

Будь сильней. Для вас всё предрешено!

Он тебя предаст, и придёт зима.

Выдержишь, Бог даст. И пойдёшь сама

Узенькой тропой по лесам-морям.

Выйду в путь с тобой. Чудится заря.

Синий океан, соль и колдовство.

Твой летящий стан, тайное родство.

С принцем, без меня, воли не видать!

Подарю коня, научу гадать...

Синие глаза, кудри, как пшено.

Ты уйдёшь. Для вас всё предрешено.

Белоснежный конь всхлипнул на краю...

Протяни ладонь детскую свою.

Знаю, не видать мне твоей любви.

Ты уйдёшь к нему. Только не реви.

Два святых лица, серые дожди...

Ты не жди конца, в дом ко мне войди.

Все пути — лишь в Рим. Я сварю обед.

Будешь рядом с ним, он с тобою — нет.

С принцем, без меня, воли не видать!

Подарю коня, научу гадать...

Синий океан, соль и колдовство.

Твой летящий стан, тайное родство.

Белоснежный конь всхлипнул на краю...

Протяни ладонь детскую свою!

 

 

 

На конфетном рисованном фантике

 

На конфетном рисованном фантике —

Синий остров и в море коса.

Затерявшийся где-то в Атлантике

Поправляет свои паруса.

Он прослыл укротителем волн.

Он твой вещий серебряный сон.

Ему чудится берег таинственный,

Дивный остров -заветный финал.

На воде небывалыми кистями

Кто-то легкую рябь набросал.

Он — страничка из книги времен.

Он волшебный предутренний звон.

Он так горд! Он упрям до безумия!

Твой мечтательный маленький принц.

В том краю, где барханы и мумии,

Свою тайну открыл ему сфинкс.

Он познал тишину пирамид.

Он заветы атлантов хранит.

Но сомненья опавшими листьями

Кружат тихий задумчивый вальс.

Пусть останутся сны твои чистыми.

Пусть он больше не вспомнит о нас.

Синий остров плывет среди волн.

Это только серебряный сон.

Об авторе. Новые стихиХудожественная прозаЭссе«И это всё о ней»

Из наших архивов

Хокку — в е-книге «Японский ветер». PDF, размер zip-файла 1,3 Мб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Тавтограммы на конкурс «От А до Я» — в е-книге «Андрей Парошин». PDF, 0,9 Мб.

Загрузить

Всего загрузок:

http://www.infodez.ru/

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com