ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Павел ЧЕРКАШИН


Чарушинская скамейка
Окончание. Начало здесь.

— А-а, знаю, Веры Сомовой отпрыск. Тебя ведь Николкой звать? — обратилась она ко мне.

— Ага.

— Ну, рассказывай, с чем пожаловал, Николай? — с напускной важностью спросил дедушка Карпа, садясь на массивный табурет.

Я вконец смутился и промямлил:

— Игрушку хочу... Деревянную.

— Игрушку? — усмехнулся старик в седую бороду, замечая мою растущую робость.

Я лишь коротко кивнул головой.

— А откуда ж ты, внучек, знаешь, что я игрушки умею делать, а?

— От тёти Марфы.

— Это от какой же?

— Да от Веригиной, поди. Одна она у нас, — вставила баба Клава.

— Вон как, — то ли заинтересовался, то ли задумался дедушка Карпа.

— И от мамы ещё, — вспомнил я. — Вы ей после войны куклу из мочала делали.

— Ишь ты! Помнит, значит, — обрадовался дед. — Ну, коли матери делал, то, видать, и тебе сделать придётся, — с теплотой в голосе рассудил он.

— Пожалуйста, — на всякий случай пролепетал я.

— Хе! — усмехнулся дедушка Карпа в густые обвислые усы. — А ты помогать мне будешь?

— Буду!

— Ну, пошли, — бодро возвестил игрушечник и поднялся с табурета.

Мы вышли из дома, прошли через двор, и дедушка Карпа открыл дверь дровяника.

Тут была целая мастерская!

Видимо, дрова здесь уже давно не хранили. На длинных вместительных полках располагалось великое множество самых разных инструментов и приспособлений, большинства названий которых я совершенно не знал. На полу вдоль стен стояло несколько плотницких ящиков. Пока я всё это с любопытством осматривал, дедушка Карпа по-хозяйски прошёл в дальний угол и вскоре вышел оттуда с дощечкой в руках.

— Сделаю-ка я тебе самолётик-флюгер... Хочешь?

— А что это такое?

— Объясню, когда будет готов. Это, брат, очень полезная вещь получится. Вот увидишь.

Он сел на огромный деревянный чурбан, взял в руки нож. Внимательно, с прищуром поглядел на дощечку и принялся «колдовать» над ней. На пол посыпались золотистые стружки. Я заворожённо следил за обстоятельной работой дедушки Карпы. Постепенно дощечка обретала узнаваемые очертания самолётика.

— Похоже? — оторвался от дела игрушечник.

— Да! — согласно выдохнул я.

— Вот что: принеси-ка мне вон из того ящика шкурку, — деловито попросил он.

— Чью?

— Хе! Не чью, а какую. Увидишь. У неё с одной стороны бумага гладкая, а с другой как бы песок ровным слоем приклеен.

Несмотря на незнание, я, и правда, довольно быстро нашёл наждачную бумагу (её название узнал уже позднее).

— Эта?

— Она самая. Молодец!

Дедушка Карпа стал тщательно обшаркивать почти готовую игрушку. Затем из отдельного брусочка старательно вырезал похожий на бантик пропеллер, в центре его проделал шилом дырочку и полегоньку прибил тонким гвоздиком к носу самолётика. Правда, с небольшим зазором, чтобы тот мог свободно вертеться. Потом закрепил игрушку на верстаке, взял в руки дрель и навострился сверлить отверстие прямо в середине самолётика.

— А это зачем? — встревожился я за игрушку.

— Не бойся, — успокоил меня дедушка. — Так задумано.

Я удивлённо смотрел, как сверло с жужжанием ровно продавливалось в дерево.

— Ну, вот и всё! — сказал дедушка Карпа, распрямляя спину. — Держи. Нравится?

— Ага! — я держал в руках сотворённое на моих глазах чудо и не мог оторвать от него восхищённого взгляда.

— А теперь слушай, — наставительно продолжил дедушка Карпа. — Когда тебе надоест им играть, то попроси папу, пусть он прибьёт самолётик на жердь. Длинным гвоздём как раз в эту дырку. А жердь укрепит над сеновалом. Тогда самолётик флюгером станет — ветер показывать будет.

— Как это? — удивился я.

— А вот запоминай. Самолётик этот необыкновенный, он всегда станет лететь в ту сторону, откуда ветер дует. Например, если он летит туда, где солнце всходит, значит, ветер восточный. Туда, где оно садится — западный. Если в сторону города — южный, а коли к нашему кладбищу развернулся, то — северный. Запомнил?

— Да.

— Ну, ступай. Да, гляди, не забывай старика, заглядывай.

Не помня себя от радости, я вприпрыжку побежал к своему дому, держа в руках драгоценный подарок.

А месяц спустя самолётик красовался на высоком шесте над нашим сеновалом и бодро гремел пропеллером, летя навстречу восходящему солнцу.

...С той поры, как на берегу Чаруши появилась скамейка, прошло более двух лет. Я уже ходил во второй класс.

В один из октябрьских дней дедушке Карпе привезли машину выписанных в сельсовете на зиму дров. На следующее утро старик в приподнятом настроении вышел во двор колоть сваленные кучей берёзовые чурки. У бабы Клавы в это время подошла квашня, и она навострилась стряпать пироги с брусникой, столь любимые мужем.

Баба Клава уже вынула из печи первый противень с подрумянившимися и дышащими сдобным жаром пирожками, а со двора всё ещё приглушённо доносились короткие размеренные удары колуна.

— Ишь, разухарился! — озабоченно пробормотала она и качнула головой. Поставила в печь новый противень, вытерла о фартук испачканные в муке руки и пошла на улицу.

— Ты бы передохнул, что ль, дровосек, — окликнула она мужа, выйдя на крыльцо.

— Ничего, Клава! — обернулся на её слова раскрасневшийся, с сияющими глазами дедушка Карпа. — Работка в охотку! Помахаю ещё малость, — сказал он, отпыхиваясь.

— Ну-ну, смотри. А то пироги поспели. Горяченькие! — решила она сманить мужа домой. Но он уже вновь взмахнул колуном. Баба Клава безнадёжно махнула рукой и поспешила к печи.

Уже вытаскивая второй противень, она вдруг поймала себя на мысли, что не слышит звука раскалываемых дров.

— Слава те господи, угомонился! — успокоенно вздохнула она. — Надо предупредить, чтобы хоть поленницу сегодня не складывал. А то ума хватит.

С этой мыслью баба Клава вышла из дома и окаменела от увиденного. На земле, среди беспорядочной россыпи щепок и поленьев, ничком, неестественно скрючившись, лежал её муж. Колун был крепко сжат в его руках.

— Карпуша! — испуганно взвыла она, подбежала к нему и упала на колени.

Дедушка Карпа был мёртв.

Потом от врачей баба Клава узнала, что с ним случился обширный инфаркт.

Я хорошо помню тот день, когда хоронили дедушку Карпу. По очереди, группами, заходили сельчане попрощаться с забавным при жизни, никому не делавшим зла стариком. Кто-то, негромко переговариваясь, стоял во дворе, возле наколотой кучи дров, кто-то в ожидании выноса гроба прохаживался по улице около дома, разглядывая узорчатые наличники, вырезанные когда-то дедушкой Карпой.

А мы с мамой и несколькими женщинами сидели на скамейке под облетевшими черноствольными липами.

— Вот и не стало нашего игрушечника... — задумчиво и грустно проговорила тётя Марфа.

В это время из ворот дома вынесли аккуратный, сделанный из листового железа, выкрашенный в светло-зелёный цвет памятник. На нём я прочитал: «Чарушин Карп Емельянович». Чуть ниже чернели даты жизни: 1902 — 1978 гг. Так я впервые узнал полное имя дедушки Карпы.

— Мама, а у дедушки Карпы почти такая же фамилия, как название нашей деревни и речки... — искренне удивился я, потянув её за рукав.

Она молча кивнула, а тётя Марфа, услышав мои слова, повернулась и негромко заговорила:

— Да, Николушка, он ведь коренной был. Чарушинский. На кладбище и дед, и прадед его лежат. Отца, правда, нет. Тот в первую мировую бесследно сгинул.

— Помнится, — вступила в разговор незнакомая мне женщина, — дедушка Карпа всегда на приезжих обижался, когда они нашу деревню называли — Чарушино. Всё объяснял: вот, мол, если бы село было, тогда — Чарушино. А у нас — деревня, потому на конце «а» пишется. Чарушина!

— Хороший был человек. Заботливый, — вступила в разговор незаметно подошедшая Евдокия Петровна. — Скамеечку вот нам на память о себе оставил.

— Да-а. И липы, — вздохнула тётя Марфа.

— Как? И липы его?

— А то. Он их весной сорок первого, перед самой войной посадил. Я тогда ещё девчушкой бегала. Всё помочь хотела.

Разговор на этом прервался, вынесли гроб.

Дорога к кладбищу пролегала мимо нашего дома. Дул встречный ветер, и я невольно обратил внимание на знакомое тарахтение. Я оглянулся и посмотрел на свой самолётик-флюгер. Он мелко вздрагивал на ветру и всё порывался устремиться вслед за нами, чтобы тоже попрощаться с тем, кто его когда-то смастерил...

Прошли годы. Из Николки Сомова я давно уже стал Николаем Семёновичем, сотрудником областной газеты. Обзавёлся женой, сынишкой.

Но пришёл день, когда я вспомнил вдруг деревню Чарушину и долго не мог побороть в себе какое-то неизъяснимое чувство тоски и тревоги по далёкому детству.

...Июньским полуднем я вышел из рейсового автобуса на памятной мне окраине и пошёл по знакомой улице в сторону нашего прежнего дома. Справа под пригорком зеркально отражала прибрежные камыши неторопливая Чаруша. Теперь она казалась мне совсем маленькой.

Я не узнавал окрестности. Вместо удерживаемых памятью образов деревянных домов, которые я так жаждал увидеть, взор мой то и дело натыкался на стандартные двухэтажные коттеджи с одинаково ровно подстриженными газонами в оградах.

Но вдруг я остановился. Брошенный мельком взгляд застрял в густо переплетённых ветвях двух состарившихся деревьев. Это были липы дедушки Карпы. Уже на бегу к ним, там я увидел и скамейку. Его. Чарушинскую.

С замирающим сердцем, как когда-то в детстве, осторожно сел я на краешек её плоской спины, теперь уже побуревшей и местами глубоко рассохшейся от минувших лет.

Ни наш дом, ни дом дедушки Карпы не дожили до этой запоздалой встречи. Сейчас на тех местах и дальше до самого кладбища, неухоженного и забытого, полновластно раскинулся коттеджный городок.

Скамейка под липами оказалась единственным островком из того, что когда-то называлось деревня Чарушина, единственным местом, которое пощадило время, единственной памятью о жившем здесь добродушном бородатом игрушечнике. На душе было и светло, и грустно.

«Взгляд матери» — «Чарушинская скамейка» — «Анастасия»«Жили-были старик со старухой»

«Осенний дебют 2004». Е-книга в формате PDF, объем 1250 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

«Кулаково — Каменка — Кулига», краеведческий очерк  Арх.файл в формате Word, 68 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

пчеловодство на урале

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com