ПОСЛЕСЛОВИЕ К «ДЕЛУ О «ПАМЯТНИКЕ» Елена КУЗНЕЦОВА Когда-нибудь, столкнувшись с ворохом бумаг, Какой-нибудь прямой потомок Опустит в урну стихотворный прах Или на свет его предъявит из потемок. Когда-нибудь напишутся труды О времени, в котором мы творили. И кто-то скажет: «Сколько ерунды... Уж лучше бы они дрова рубили». А.Я.НЕХАИТ Едва освободившись от пеленок, Еще не до конца расправив круп Но самый распрямой, из всех, потомок Схватил мой стих и взял его на зуб. Не зря — мужик! К прелестным формам Музы, Он проявил свой детский интерес. Я весело смотрел на карапуза, Копируя жевательный процесс. И было мне нисколько не прискорбно, И наплевать на то, что в тех строкАх. «Я памятник себе нерукотворный...» А сила-то и правда не в руках! Анатолий БЕРЛИН Я в свой черёд взойду на пьедестал И памятником стану после смерти, Надеясь не смутить мемориал Иронией безумной круговерти. Объединил поэтов Музы зов. Когда стихов армада за плечами, Нерукотворный грезится ночами, И маятник рифмует бег веков. Благословен компьютерный экран, С которого читают наши лица. Полночных бдений виртуальный храм Хранит надёжно каждую страницу. Каким бы ни был способ бытия, Но на излёте завтрашнего акта Отыщут в хламе диво артефакта — Мой стих, в котором: «...весь не умер я». А.Я.НЕХАИТ Маэстро, я бы не переживал. ЧтО глыбе слезы нашей круговерти? Уж если и смущать мемориал, То есть другие способы, поверьте. «Благословен компьютерный экран», А как по мне, так будь он трижды проклят. Не знаю как у вас, буржуев — «там», А тут у нас уже в 17-ть — рохли! Каким бы ни был способ бытия, От памятников пользы есть немножко: Реинкарнируюсь однажды в дога я И будет где задрать собачью ножку... ЛАНА «Многие меня поносят И теперь, пожалуй, спросят: Глупо так зачем шучу? Что за дело им? Хочу». А. С. Пушкин О Пушкине судить остерегись, философ! О Пушкине писать остерегись, пиит! Он памятник воздвиг, а нас оставил с носом. Он тропы проложил, да некому ходить... Попробуй-ка теперь не оправдать доверия: Мол, щурил он глаза и в целом был хитер... Сто критиков тотчас свои очинят перья! Вот слышится уже их возмущенный хор: Он щурил ли глаза, когда стрелял в Дантеса? А много ли свечей бросал, не загасив? И пил ли он до дна? Играл для интереса? И мог ли он шутить, пока еще был жив? Что говорит словарь о том, об этом слове? Без давней суеты уж выставлены в ряд, Ожегов, Розенталь и Шанский наготове — Народную тропу надежно охранят! Дай критику перо, мой лирик безнадежный... Печальная юдоль — вычеркивать слова! Он правит сам себя. А ты вздохни тревожно И в небо прошепчи: «Окончена глава...» А.Берлин. «Возвращаясь к «Памятнику» | 
