ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Лев БЕРТИН


Об авторе. Новые стихи

 

* * *

Америка, кровиночка,

раскинувшись, лежит.

Здесь я грызу травиночку

над пропастью во ржи.

Записываю хроники.

Бегут куда-то хроники,

но разве убежишь...

 

Томы сойеры кругом и лолиты —

повзрослевшие, пушок над губою.

Их друг к другу тянет магнитом.

А меня — к тебе, бог с тобою.

 

Довольно с нас риторики.

Мадам, где карта вин?

Уже желтеют дворики

на праздник Хеллувин*

В учебник пальчик тыкаю.

Не хочется быть тыквою,

доживши до седин.

 

Дяди томы, унесенные ветром,

тот поток когда-то — ох! — подгадали.

Я сюда пришел за ответом.

Но туда пришел ли, туда ли?...

 

————————————————

* Хеллувин — американский осенний праздник, наподобие карнавала или еврейского Пурима. Непременная атрибутика — тыквы на улицах, у домов. Иногда в них вырезают лица, ставят внутрь свечи...

————————————————

 

 

Сыну

 

Что вижу, то пою (пою я, как умею).

А вот тебя, Малыш, не вижу здесь в упор.

Вот почему порой я без причин немею

(хоть мысли в голове летят во весь опор).

 

На фото ты красив, улыбчив всю неделю.

А в снах моих какой — не разберусь никак.

С тобою «все о'кей!», а как на самом деле? —

Я много бы отдал, чтоб знать наверняка.

 

Я где-то прочитал, что дети нам нужнее

намного, чем мы им. Согласен, как отец.

Но здесь другой расклад. Пока в своем уме я.

Но я сойду с ума без вас в United States

 

 

* * *

«А казачок-то засланный!..»

 

Я казачок, на самолете засланный.

На букву «Р» опустим ассонанс.

А с буквой «П» получится что заспанный.

Культурней так и в общем-то про нас.

 

Какие звезды по ночам Америка

вывешивает! Прямо у плеча

висит звезда огромная. А мне никак

не спится здесь ни днем, ни по ночам.

 

Я казачок. За сбором информации

замечен многократно. Неспроста

во многих штатах дружно меня мацали

таможенники в аэропортах.

 

Я научусь — of course! — американиться.

Ужом проникну в общества слои.

Уйду к своим, когда все устаканится.

Но где свои? И кто они — «свои»??

 

 

* * *

В жилетку леса летний плакал дождь

без причитаний, слов пустых и жалоб.

Как родственник, все проигравший, жалок,

в жилетку леса летний плакал дождь.

 

Под монотонный капельный «кадош»*

вдвойне приятен горький запах «Мокко».

Жилетка вся набухла и промокла. —-

В жилетку леса летний плакал дождь.

 

______________________

* Кадош (или кадиш) — еврейская поминальная молитва

______________________

 

* * *

Мы не виделись целый год.

Где ж ты шлялась, подруга-осень?

По тропинкам каких лесов,

не боясь заблудиться в них?

Столько было за год всего.

Не хватало тебя мне очень

в чехарде сплошной поясов —

и багажных, и часовых.

 

Мы — в вагоне в толпе людской,

Ну а жизнь проплывает мимо.

Как вокзалы, ушли вчера

в сумрак ночи, сводя с ума, —-

в белом — аисты над стрехой

белый абрис Иерусалима,

бело-розовый по утрам

над индейской рекой туман.

 

Я кричу — или я шепчу —

(А вагончик бежит по рельсам.

И Кому-то там все равно,

что все бешеней стук колес).

— Погоди! Задержись чуть-чуть!

Я еще ведь не насмотрелся.

Еще виденное за окном

пробирает меня до слез.

 

Даже осени вовсе нет.

Лишь предчувствие. Только запах.

Да по-летнему теплый дождь

тихо льется в ладонь листа.

Исполнение всех примет

мы откладываем на завтра.

Но когда ты опять придешь,

постарайся меня застать...

 

 

* * *

В нашем возрасте обналичены

все авансы и все счета.

Одинаково неприличны

худоба нам и нищета.

 

Неприлично во время работы

не ответ держать, а отвес.

Безлошадным быть, беззаботным,

без супруги и крыши без.

 

Как известно, всякому овощу

свыше время свое дано.

Были рощи!.. А нынче...

                                   проще

всех любовниц свести к одной.

 

К той,

   чьей женственностью

                             монаршей

ты оправдываешь свой грех.

Чтоб жена подтвердила: «Наша?

Ну, конечно же, лучше всех!»

 

 

* * *

Анатолию Аврутину

 

Анатолий Бацькавич, здравствуй, мой хороший!

Как живется-можется на Беларуси?

Приглашаешь в гости ты — зноу за рыбу грошы! —

Не приеду нынче я, даже не проси.

 

Не приеду в следующем, делящимся на пять, —

дай-то бог без войн! — году. 20 тысяч лье!..

А в последующем... Что ж... позовет анапест,

Прилечу как миленький на твой юбилей.

 

В Минске день, в Атланте ночь — все через колено.

Хорошо ли, плохо ли, но, как ни крути —

две фанеры мы с тобой. Строго параллельно —

хорошо бы знать, куда — над землей летим.

 1    2    3          7    8 

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com