ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Анатолий БЕРЛИН


Об авторе. Содержание раздела

ИЗБРАННОЕ

 5    6    7    8    9    10

 

Синие ирисы

 

 

...мир ещё не знает, кто такой ван Гог...

                                       Вадим Берлин

 

То зловещий, то солнечный блик на губах,

И подсолнух, как символ, желтеет впотьмах,

Краски юга в пейзажах, гармония, страх,

И душа изболелась от стигм.

 

А в созвучиях света, в контрастах его,

И в безумстве мазка на зловещих панно

Гениальность являет своё торжество,

Только мир это позже постиг.

 

В провансальском кувшине теснятся цветы,

Проступает пятном серый лик нищеты,

Распустившихся ирисов синие рты

Предвещают терзаний итог.

 

Над полями кричит вороньё неспроста...

В небе, вихрем кружащем по пряже холста,

Рассыпая мазки, угасает звезда...

Истекающий жизнью ван Гог.

 

 

Больной лес

 

Стоят деревья рыжие,

Не рыжие, а ржавые,

Не ржавые, а мёртвые...

Кто выбрал им судьбу?

А, может, всё же выживут

Гиганты величавые

Над горем распростёртые?...

А лес стоит в снегу.

2003

 

 

Конец литературы (sonnet)

 

Они появились в эпоху, которой не нужны, которая не читает.

Валерий Сердюченко

 

Листки стихов ходили по рукам,

Их тайно и восторженно читали,

И в белый, рифмой вымощенный, храм

По записи достойных допускали.

Поэт был исполином, слыл мессией...

Под ветром слов, от боли трепеща,

Светила послепушкинской России

Зажжённая поэзии свеча.

Творец от Бога — выше человека,

Эмоции ума дарил стихам,

Но миновала в спешке четверть века,

И вот стою я, подпирая храм

Уже пустой, как паперть в день забвенья,

С талантом, скомканным в кармане заточенья.

 

 

Жизнь и Остальное

 

Радости оставшейся гроши

Собираю горсткою скупою‚

Сочетая молодость души

С мудростью житейской‚ возрастною.

 

Из приоритетов бытия

Выбираю самое святое‚

Гонку спешно прожитого дня

Поделив на Жизнь и Остальное.

 

Жизнь моя — стихи‚ друзья и ты‚

Дарящая шёпот откровенный.

Дороги мне милые черты

Кропотливо созданной вселенной‚

 

Где по лужам Млечного Хребта

Даже в день холодный и дождливый

Я бреду небритый и счастливый...

То‚ что Остальное‚ — суета.

 

 

Есть ещё на свете Магадан?

 

Нет острых ощущений — всё старьё, гнильё и хлам

   Владимир Высоцкий

 

Не одарён я пушкинской генетикой,

Не пью хмельного, даже не курю,

Скажу ещё — в ладу с семейной этикой,

Не нюхаю и вены не колю.

 

Любим супругой и друзьями славными,

Уют в квартире, на душе покой,

Меня ласкает солнечными ванными

Калифорнийский берег мой родной.

 

Откуда взять поэту вдохновение?

Как поразить читателя строкой?

Дуэли жажду чудного мгновения

И новой бездны страсти роковой.

 

Давно уж про старьё и счастье хламное

Хрипел Высоцкий, литру проглотив,

Хочу уехать в небыль магаданную,

Пить чистый спирт, а не аперитив,

 

Играть с братвой в очко колодой меченой,

Бравировать удавшейся судьбой,

И, слёзы затаив, угрюмым вечером

Писать о том, как хочется домой.

 

2004

 

 

Давнее

 

Ранним утром‚ путь проделав длинный‚

Весь во власти свежести весенней

Подошёл я к домику любимой‚

Затерявшемуся средь сирени.

 

Рада будет встрече долгожданной‚

И прильнёт‚ и нежно поцелует.

 

Что-то тих ты‚ домик деревянный‚

Спит еще, однако‚ постучу я…

 

Я пришел с утра к своей знакомой‚

Но она не ночевала дома.

 

 

Горечь

 

Ты читаешь мне стихи...

Чувственны и голы,

нервных строчек пауки

вяжут сеть крамолы.

 

В родниках вода чиста,

хоть бурлят потоки,

ну, а горечь неспроста

проникает в строки.

 

Ты немало лет уже

избегаешь случая...

Нет надежных рубежей

у благополучия‚

 

И не сменишь адресов,

налетев на рифы...

 

Водопад колючих слов,

сбившиеся рифмы...

 

 

Мечты

 

Ты принца ждешь?

Таинственного знака?

Сверяешь знаки зодиака

С надеждою построить дом?

 

Но‚ может‚ у него

Уже невеста где-то‚

И для нее написаны сонеты‚

И к ней спешит он на коне верхом?

 

И сладостна ему ее гордыня‚

И блеск двора

Его двору под стать...

 

А ты‚ своей мечты наивная рабыня‚

Обет рискованный храня‚

Напрасно станешь ждать

Свершения несбыточного чуда

И тени белого коня...

 

Поблекнут волосы‚

Глаза привычно будут

Из-под ресниц устало наблюдать‚

 

Как время мечется по полю‚

Но не вспять...

 

 

Отцы и дети

 

Отцы и дети — мировая драма,

Прости меня, мой сын, я виноват.

Твоя незаживающая рана

Саднит во мне сильнее во сто крат.

 

Ты обойдён отеческою лаской,

Я не заметил, как ты повзрослел,

И вот гляжу с неясною опаской

На наших отношений передел.

 

Ты вырос не таким, каким был виден

Нам, слушавшим свои колокола,

И потому наш клич тебе обиден,

Мы говорим, но не слышны слова.

 

Оставим спор ненужный и нелепый,

Мы смертны, сын мой, — вскоре ты поймёшь…

Я голову не посыпаю пеплом,

Поскольку ясно вижу: ты придёшь...

 

 

Поэзии печальные глаза

(поэтессам Гулага)

 

Вы, наверно, меня не слыхали.

Или, может быть, не расслышали.

Говорю на коротком дыханье,

Полузадушенная, осипшая.

                                   Анна Баркова

 

Погребены под хрусталями слёз

Промёрзшие осколки женских грёз.

 

Согбенные старухи в тёмных шалях

Шальные строчки судеб рифмовали,

И за мужей насильников просили,

И за себя молились — дать им силы...

 

Хлестал калёный ветер вечной стужи

Их лица, бронхи, серые как лужи,

Хрипя сознаньем робким, уходили,

Но холод их расталкивал в могиле,

И свечи мыслей таяли, но тлели

Под солнцем лагерным.

                            Дождаться бы капели...

 

И дождались...

                        Кто тризны, кто палаты

Кривые биографии в заплатах,

И обрели по стародавней дружбе

Свой угол в коммуналке, стул на службе.

 

Изрезаны морщинами от слёз,

Слагаются стихи под ямб колёс

По стыкам уходящего состава...

 

И фото мужа привиденьем стало.

 

Смолкают голоса, что жизнь убита...

Горька,

             горька кандальная сюита.

 

 

Исход

 

Где вы, картавые физики,

Горбоносые дирижёры — Вы,

Лирики — Ицики,

Погромами недожёванные?

 

Вдруг поднялись в одночасье

Из-за черты оседлости,

Меченые несчастьем

И синяками верности.

 

Строчки поэм изрубленных,

Шахматных досок бдения...

Всё для своих возлюбленных,

Всё для детей спасения!

 

Если б не длань Господня —

Прикройте в раздумьях веки —

Где был бы мир сегодня?

Примерно в семнадцатом веке...

 

Пляшут Зямы с Наташами —

Бармицвы у полукровок...

Папа, какой ты отважный и

Как генетически ловок!

 

В мире сомнения — в мире

Двуличном — сугубо личном,

Живя не в своей квартире,

Кривиться — аполитично.

 

Рыбы вам фаршированной? —

Целую или кусками?!

На Ближний Восток

сформированный

Гарью пыхтя,

С гудками

Катится поезд скатертью...

Жаль, что не стала матерью!

 

Кровью Христа измазаны,

Христа, что мы им подарили...

Мчимся в веках отлаженной

Субординации...

Или:

«Ах, математики вы и

Ах, скрипачи...

Дать вам по тонкой вые,

Философ в очках, помолчи!»

 

Вопят-голосят кликуши...

Не слушайте, Бога им в душу.

 

Мы помолчали б, наверно,

Если бы не джихад...

Всех нас — Корану неверных,

Убережёт автомат.

 

Сердце вечного жида

Помнит и боль, и гнев,

Ужасы геноцида,

Страх пустыни Негев.

 

Вспомните нас — пожалейте,

Что мы от вас уезжали...

 

Мы б вам сыграли на флейте,

Мы б вам на скрипке сыграли.

 5    6    7    8    9    10

Новые стихиСтихи из книги «В тот час, когда тревоги...»Стихи из книги «Петербургские дома» — Избранное  — Поэмы и циклы

Об авторе — Стихи — ПоэмыХоккуШутки, гоготушкиМини-максимыАвтобиография. СтатьиФотокомпозиции и репортажиАудиозаписиИнтервью

Литературно-музыкальный салон «Дом Берлиных»

Об авторе. Содержание раздела

Заправка картриджей hp 12a, q2612a. Заправка q2612a инструкция. . ребенок и книга

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com