ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Евгений БАТУРИН


ПИВНЫЕ ПИАСТРЫ

Рассказ из цикла «Жекины истории».

Конитива, товарищи! Конитива, по-японски, означает «здравствуйте». И что с того, что вы японским языком не владеете? Это ваши проблемы. Я вот тоже не владею! А кому до этого дело? Мало ли, чем я еще не владею? Валяюсь на спине посреди сцены. Лежать неудобно. Половицы, которыми выстлана сцена, впились в позвоночник тигриной хваткой, не говоря уже о рампе, на которой лежит моя голова. Не рампа, а гильотина, если не сказать хуже. Терплю. Я в своем репертуаре — смотрю кино «со всеми удобствами». Не, за билет я заплатил честно, только что толку? Воскресенье, сеанс утренний и зал забит пацанвой до отказа. Не то, что сидеть — стоять, места нет. Но, это не про меня. Я всегда себе место найду, и не только стоячее, но и лежачее.

Пока народ перечитывал титры «Таинственного острова», уплотнившись в зрительном зале до состояния шпротов в банке, я как разведчик, протиснулся к лестнице, ведущей на сцену. Змеем, по-пластунски, прижимаясь к полу, чтобы тень моей крадущейся задницы не была видна на экране, заполз к середине рампы. По экрану над штормовыми, вспененными океанскими волнами к Таинственному острову летит воздушный шар с невольными искателями приключений. Улёгся на спину: рампа под головой, как подушка, левый глаз смотрит левую половину экрана, ну, а правый, понятно, правую. Изгваздаюсь, конечно, как трубочист. Мама ругаться будет, ну да мне не привыкать. Я так люблю кино, что могу его смотреть в любом положении — сидя, лёжа, стоя, из дырки в заборе, вверх ногами, или в свободном падении: пока летишь — смотришь.

В прошлом году мы всей семейством отдыхали в Форосе, в Крыму. Вечерком забрели в парк к летнему кинотеатру. Папа, как положено, купил билеты на фильм «Парижские тайны», в том числе и на меня. Однако, оказалось, что «Тайны» не про мою честь: «Дети до шестнадцати лет не допускаются!». Я понимаю, трудно меня принять за шестнадцатилетнего. Подождать, разве что, лет десять. Контролёрша завернула меня без разговоров. А когда папа попытался решить вопрос полюбовно, пригрозила кликнуть офицерский патруль.

Папа хоть и в гражданке, но у него на лбу нарисовано, что он офицер. Делать нечего. На бугре расположен Дом отдыха Министерства обороны. Генералов здесь, как шелухи от семечек у сельпо, а папа только капитан. Спорить с офицерским патрулём ему «не с руки». Он и так, только тем и занят, что честь раздаёт налево и направо, несмотря на гражданский пиджак и шляпу. По привычке. В кои веки форму снял. Я думаю, он столько генералов за всю жизнь не видел.

Мама расстроилась. Уж очень ей хотелось про «Парижские Тайны» узнать. Тогда я предлагаю им на пару идти в кино и обещаю смирненько посидеть на лавочке у забора летнего кинотеатра, пока они поглазеют на Жана Маре. Уговаривать долго не пришлось. Затоварили мороженным, конфетами, газировкой и усадили на лавку. Поцеловала меня мама и пошли они в кино без меня. Лишь папа у самого входа обернулся и погрозил пальцем. А чего грозить? Я всегда своё слово держу, если, конечно, мне обстоятельства не мешают. Ну, а если уж обстоятельства, какие против — тут ничего не поделаешь.

Хорошо, тепло. Вокруг люди гуляют. С летней эстрады музыка слышна. Духовой оркестр вальс какой-то наяривает. Сижу себе на лавочке, грызу монпансье из металлической баночки, да лимонадом прихлёбываю. Прихлебываю и вспоминаю, как я, застряв в заборной дыре такого же кинотеатра в Романовке, смотрел «Полосатый рейс». А потом чего-то мне и подумалось: какая разница, буду сидеть я на лавочке у забора, или на самом заборе? А никакой! Заодно и на «Парижские тайны» гляну. Закрыл я баночку с монпансье, закупорил бутылку с газировкой и двигаю прямиком к забору.

На заборе посидеть не удалось. Какой-то старшина из Министерства обороны не пожадничал пустить поверху забора нитку колючей проволоки. Как я не мостился — ничего не вышло. Пришлось забраться на дерево и по нижней ветке передвинуться над забором, для лучшего обзора. Сидит народ на деревянных скамейках, кино смотрит. Мне тоже удобно. Ветка разлапистая, прямо кресло, а не ветка. Ну, не то чтобы совсем кресло, но держусь кое-как, с грехом пополам.

Подо мной какой-то лысый дядечка. Жарко ему, шляпу всё соломенную снимает, да платочком протирается. Глянул, как я на ветке устраиваюсь, но ничего не сказал. Потом только, слегка кулаком погрозил, когда ему на шляпу монпасьешка из моего раскрытого рта упала. Кино интересное, хочешь — не хочешь, а рот раскроешь. Пригрозил он мне молча, монпасьешку только со шляпы стряхнул.

Где-то в середине фильма, в разгар драки между Жаном Маре и парижскими полицейскими, я так увлекся, что про все забыл. В результате сверзился с ветки вниз, прямым ходом, на самую шляпу того потного дядечки. Сверзился вместе с монпансье и лимонадом. Хорошо, хоть на дядечку попал, всё помягче, чем кости о скамейку ломать. Бутылка с газировкой даже не разбилась, но грохота было прилично.

Скатился я с дядечки между скамейками и думаю сам себе: зареветь, чтобы уши не надрали, или просто дёру дать. А тут, чую — цап царап! За ухо меня кто-то держит. Дядечка! Поймал он меня, поднял сбитую шляпу, пока соседи на нас шикали, притянул за ухо к себе и усадил рядом, на скамью. То он меня за правое ухо держал, а тут перехватил, за левое, поудобнее, а в правое шепчет, соседям, чтобы не мешать:

— Ты, боец, чей будешь?

Я, как услышал про «бойца», сразу догадался. Из наших дядечка, из военных. А раз из военных, то мы с ним поладим. Солдат ребёнка не обидит. Чей будешь? Не видно по мне что ли? Свой я! Флотский! Понятное дело:

— Жека, я! Мамин, да папин. Чей же еще? Отдыхаем мы тут!

А он мне:

— Мама-то, с папой где? Папа офицер?

— Капитан! Морская авиация! Кино с мамой смотрит, как все!, — рапортую, а сам смотрю, куда бы мне сдёрнуть от дядечки этого в кусты. Ан, нет! Кустов вокруг не наблюдается, да и ухо моё в руке дядечки сидит намертво. Сдернуть, конечно, можно, но только, если без ушей. Повернулся он ко мне, посмотрел пристально:

— Ясно дело! Жека, значит? Чего же ты сам по себе, а не с ними? Папа на билетах экономит?

— Да, как же с ними? И ничего папа не экономит. Есть у меня билет. Билетёрша не пустила. Кинуха-то до шестнадцати лет!, — отвечаю, а сам билет по карманам разыскиваю. Отпустил дядечка моё ухо, руку на плечо положил:

— Ладно, смотри кино, после, разберёмся. Угощай! Чем ты там в меня плевался?.

Пока мы с ним монпансье догрызали, «Парижские тайны» и кончились. Выходим мы из кинотеатра к скамеечке условленной, а там уж папа с мамой круги нарезают в поисках моей персоны. Дядечка, как заорет командным голосом:

— Капитан! Ко мне!

Я, так и присел. Ну, думаю, не иначе на Министра обороны с дерева свалился. Что сейчас будет? Папа, тоже не дурак — правую руку к шляпе приложил и марширует строевым шагом к Министру на доклад. Мама на месте по стойке смирно, известное дело — офицерская жена. Адмиралом дядечка оказался, шишкой из Главного штаба Военно-морского сил. Все обошлось. Нас даже в гости пригласили на следующий день. Адмирал ни капельки не обиделся, что я на него с дерева «спрыгнул». Папа потом сказал:

— Полезное знакомство. Знаешь, ты Жека, на кого с деревьев прыгать....

Кинопленка рвётся, и на белом полотнище экрана начинают мелькать какие-то черные полосы и кресты. Пацаны дружно принимаются свистеть и требовать «сапожника на мыло». Я свистеть еще не умею. Включается свет. Слева и справа от меня, под самой рампой, лежит не меньше десятка таких же умников как я. По лестнице ведущей на сцену со шваброй в руке поднимается «баба Дуся», а, может, «баба Зоя». Откуда же мне знать? Я, не дожидаясь, пока она начнет «выметать» нас шваброй из-под рампы, двигаю к противоположной лестнице. У края сцены ныряю за бархатный занавес и замираю в ожидании. Темень за занавесом не хуже, чем в нашей кладовке. Пыли только такой у нас нет. А здесь пылища! В носу начинает чесаться и меня пробивает на чих. Чихаю, как кот, несколько раз, закрыв нос занавесом.

Свет в зале снова гаснет. «Баба Дуся» пролетает, как фанера над Парижем». Мимо. Я выбираюсь из-за занавеса на изнанку сцены, с другой стороны экрана. Здесь никого нет. В глубине стоят два ряда стульев. Справа черный рояль. Посередине, перед экраном огромное кожаное кресло. В таком кресле Ленин ходоков в Кремле принимал. В дальнем углу кантуются пенопластовые Дед Мороз и Снегурочка в ожидании Нового года. Усаживаюсь в кресло. Это не на сцене валяться под рампой. Место просто люкс! Видно отлично, только на изнанку: где было лево, стало право, а где право — всё наоборот. С моей стороны капитан Немо оказывается левшой. Здесь все левшами оказываются. Сдаётся мне, сам директор Дома культуры со своими корешами кино туточки смотрит.

Так вот, про кладовку. Скажу по секрету, стоит у нас в кладовке старый сундучок, да что там сундучок — сундучище! Деревянный, весь поверху обит металлическими полосами, открывается он, огромным, кованным ключищем. И музыка играет, когда ключ в замке проворачиваешь. Металлическая такая музыка, от пружин, которые ключ задевает в замке при повороте:

 

— тень-брень-тиритень-

тиритень-и-день-брень-

тень-тирень-тирень-брень-брень».

 

А в сундуке том, мешочек, а в мешочке том... Блин! Прямо, как в сказке: на дубу сундук, в сундуке заяц, в зайце утка, в утке яйцо Кощеево, а в яйце иголка. Бедняга Кощей. Неприятная вещь — иголка в яйце! А, впрочем, так ему, Кощею Бессмертному и надо.

Мешочек сшит из юфтевой мягкой кожи и затягивается бечевкой, как кисет. Может, он и в самом деле был когда-то кисетом? Мешочек-то заветный. Ясно, что он не простой, уж больно кожа мягкая, несмотря на то, что кисету в понедельник сто лет будет. Бабушка говорит, что кисет этот достался ей от деда, моего прапрадеда, который был купцом в Новосибирске. Или в Барнауле? Я уж что-то не помню, или это другой прапрадед в Новосибирске был, какой по железнодорожной части? Запутаешься тут!

Сам по себе кисет меня не интересует, подумаешь, кожаный мешочек — делов-то. А вот в мешочке, внутри, там очень интересно. Это мой прапрадед отмусолил бабуле кое-что из своих закромов, в качестве «приданого» к свадьбе. До свадьбы-то еще далеко, ей всего-то лет семь было. Оно и понятно, революция на дворе — девятнадцатый год. Подарить не успеешь, так потом и дарить нечего будет — всё отнимут, всё экспроприируют. Вот он ей подарок заранее и сделал по случаю свадьбы, которая неизвестно когда будет:

— На, Маруська! — говорит:

— Это тебе приданное. Авось, доживу и посмотрю, какого ты себе кавалера выберешь, а не доживу, так будет с чем замуж выходить. И мне на том свете спокойнее будет. Только, тогда уж, выбирай такого кавалера, чтобы во всей округе краше да достойней не было. А родителей я упрежу, чтобы они к твоим богатствам пальцем не касались. Им только волю дай — все порастрясут, Да бирюльками этими не тряси, не хвастайся ни перед кем, от греха-то. Береженого, знаешь, бог бережет!.

А лежит в мешочке действительно богатство. Первое и самое интересное — золотой самородок размером с кусочек сахара-рафинада. Только он не угловатый, а обглаженный, эдакий, с каверной на одной стороне. По словам бабули, прапрадед, по молодости, до того, как в купцы податься, промышлял по Сибири и Дальнему Востоку сотоварищи золотишком. И то, правда. Откуда же богатству купеческому взяться? Тут, либо золото искать, либо на большой дороге кого грабить. Иначе не разбогатеешь! А я и не говорил, что он рыл это золото, да кайлом кайлил! Сказано: «промышлял». Откуда я знаю, что это означает? Оно и видно, раз самородок такой гладенький, не иначе в речушке его какой таёжной надыбали. Надыбали, в смысле нашли.

«Таинственный остров» заканчивается. Надо выбираться, а то поймают меня в этом персональном кинотеатре, еще уши надерут, чтобы не лез куда... «Классная» все же кинуха, жаль только, что не цветная. Надо спешить домой, пообедать, а после обеда по телику будут «Дети капитана Гранта» с Паганелем в главной роли. Да портфель на завтра в школу приготовить. Да с Санькой Матросовым переговорить. Он недавно хвалился, что пещеру в сопках нашел «классную», полную снарядных ящиков с артиллерийским порохом. Может, врет? Странно он пещеру как-то описывает. Якобы вход в неё дверями стальными закрывается, а внутри пулемет «Максим» стоит, с лентой набитой патронами. Врет, скорее всего. Но проверить всё равно надо.

Слово «надыбали» имеет исконно другой смысл, это уж мне бабушка объяснила. Когда, в давние времена, ловили какого разбойника или злоумышленника против властей, его тащили в застенок и за руки подвешивали на дыбу. А на дыбе той жгли варнака огнем, бичевали бичом, ломом кости ломали, чтобы узнать все его тайны, планы и намерения. Имущество, разбойным путем добытое и припрятанное в тайниках, про какое тать этот рассказывал во время пытки на дыбе, доставалось молодцам из пыточной избы. Палачи-то, они же не совсем дураки — про злые умыслы злодея начальству докладывали, а вот про сокровища награбленные не всегда. Так и стали говорить, дескать, «надыбали» у разбойничка то-то и то-то, да еще вот это. «Надыбали» — на дыбе узнали. С тех пор, так и пошло словечко по языкам — «надыбали».

Самородок этот самый первый, какой прапрадед на старательском поприще добыл. Вот он его на память и оставил. Верно, не один камешек желтенький нашел, раз этот сохранить удалось. И даже не два, потому, как в Новосибирске отстроил себе двухэтажный домино, бревенчатый. Потом женился на гречанке, да на коляске по городу разъезжал в шубе. Гречанку он из-за моря привез, как мир ездил посмотреть после трудов старательских. А может, не гречанку, а турчанку какую, на самом-то деле. Не иначе из гарема у султана, или паши, какого стибрил. Купцы и авантюристы, они такие — так и глядят, где, что плохо лежит.

У нас в роду, после женитьбы этой так все и поделилось, дети похожи либо на прапрадеда — русые да высокие, либо на прапрабабку гречанку — турки турками. У бабули, к примеру, сестра и два брата. Так вот, бабуля и её брат Коля — классические русские, а сестра Феня и брат Шурик — вылитые турки. Только фесок да кальянов с ятаганами не хватает. Рожи — не приведи, Господи. К ним даже спиной поворачиваться страшно. Янычары! И Витя с мамой — та же история. Мама, как царица грузинская — тёмненькая, высокая, стройная, волосы волной. Как расчесываться начнет, просто загляденье — не волосы, а водопад. А Витя русый, почти блондин, высокий — викинг, да и только. Один я удался, ни туда, ни сюда, ни викинг, ни турок — так, серединка на половинку и морда лепешечкой.

Я уже первоклассник. Если по честному, меня в этом году не должны были в школу отправлять, поскольку день рождения у меня шестнадцатого сентября и по гороскопу я «Дева». К первому сентября мне еще не исполнилось семи лет. Это папа всё запутал. Когда я родился, они всем бомбардировочным экипажем стали праздновать это событие. Так увлеклись, что про мою регистрацию, напрочь забыли. Зарегистрировали в Загсе только через месяц — шестнадцатого октября. Когда выяснилось, что в школу мне не попасть из-за нехватки двух месяцев, мама насела на папу по серьезному. Пришлось ему проехаться до Шкотовского Загса, «проставиться» кому надо, и перевести меня из «Дев», в «Львы». Теперь день рождения у меня шестнадцатого августа и я досрочно, на год раньше, стал первоклассником. Мама говорит, что это хорошо — на пенсию раньше выйду.

Живем мы не в гарнизоне, а в городе, и мебель у нас теперь не казённая, а японская, без инвентарных номеров. Папа привез её из Майдзуру, из последнего рейса. Сейчас он снова в море, где-то у Австралии. Мебель классная! На каждом предмете заклёпками прикреплена алюминиевая железяка, и на ней что-то написано красными иероглифами на самом настоящем японском языке. Сделана она из бальсового дерева, как плот «Кон-тики», на котором путешественники пересекли Тихий океан. Папа часто заходит своим судном в Японию, поэтому стал изучать японский язык, ну и я вместе с ним. Пока, что я знаю, как здороваться по-японски. Если хотите сказать кому-либо «здравствуйте», надо произнести «конитива», с ударением на последнем слоге, потом назвать человека по имени и добавить уважительную приставку «Сан». Конитива, Мураками-сан!.................................................................

 1    2    3    4

http://www.brightnes.ru/ у кого лучше заказать рекламу на радио.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com