«Мистер Пародия». «Осенний дебют 2005» Я ТУТ ЗАМЕТКУ ПРИНЕС ПРО ВАШЕГО МАЛЬЧИКА...
ДВАДЦАТЬ ЛЕТ СПУСТЯХолодным зимним вечером дядя Федор, пес Шариков и кот-рецидивист под псевдонимом Матрос-кинг молча сидели за дощатым столом, в крайнем доме деревни Простокакашино. Обстановка в доме была что и десять лет назад — сирой и убогой. Однако в дальнем углу тихо гудел новенький аппарат, выполненный из эмалированного тазика, старого ночного горшка дяди Федора и сепаратора. Птица-секретарь сидел на подоконнике и деловито отстукивал на счетах количество разлитых бутылок. Внезапно тишина избы-притона была нарушена громким стуком в покосившуюся дверь. — Кто там? — спросил секретарь, стараясь, что бы из памяти не выпала последняя цифра. — Эт, я — почтальон Печкин. Я тут заметку...— начали за дверью. — Фигвам! — буркнула собака, и добавила, обращаясь к подельщикам, — клиент нынче какой-то смурной пошел! Все в долг норовят или за хрень какую-нибудь, типа, за метку! На кой нам какая-то метка? — А давайте за метку продадим ему чего-нибудь ненужное? — задумчиво сказал Матроскин и лихим ударом вогнал пробку в очередную заполненную емкость, — а метку эту в городе какому-нить хмырю впарим! — Давайте! — кивнул дядя Федор, и посмотрел на Шарикова. — Вы что, сукины дети, давно в очереди не стояли? — возмутился тот, тявкнув от обиды. — Чтобы продать что-нибудь ненужное, надо это что-нибудь иметь! А вы меня имели? Вопрос поставил Федора и кошака в тупик. Оба переглянулись и отрицательно покрутили головами. В дверь опять постучали. — Ну, кто ж там, блин? — Птиц-секретарь оторвался от своей бухгалтерии. — Я тут заметку принес, про вашего мальчика... — Как же он меня достал за эти годы! Федор, тебе нужна наконец заметка или нет? — спросил Птиц у дяди Федора. — Неа! Мне маманя из города 54 метра этих заметок прислала. — А мальчик? — Зачем ему мальчик! — злобно зашипел Матроскин. — Фильтруй базар, залетный! Ему давно девочка нужна! — На что ж ему девочка? — дегустируя новую коробочку с гуталином, деловито спросил Шариков. — А на то! Сейчас, что? Зима? Вот приедут евоные дед с бабкой на «Запорожце», кто толкать их по сугробам станет? Ты? — Нашли дурака! — хмыкнул пес, — я че вам, оленевод Бельдыев, по снегу в кедах гулять? — Правильно! А была б у дядь Федора девочка, то она б и толкала! — мявкнул кот. — Кромь того, можно б её и в магазин, и на рынок с молоком и самогоном посылать... Шариков и Федот задумались о такой перспективе, а Матрос-кинг, мечтательно добавил: — А травы б сколько заготовили! Курить — не перекурить! — Сейчас такие девочки встречаются, что сами легко кого хочешь пошлют! — сказал Федька. — Эмансипация! — поправив очки, блеснул эрудицией полосатый и протянул стакан. — Федь, сними пробу с нового замеса! — Так я тут заметку принес про вашего мальчика! — напомнили о себе с улицы. — Печкин — лох! — обернувшись к окну испачканной в гуталине мордой, крикнул Шариков. — Неси свою заметку туда, где ты ее нарыл! Велосипеды мы за мальчиков давно уж не выдаем! За дверью поскрипели снегом, видно в нерешительности топтались на месте. — А чего выдаете? Пол-литра? — Ну, ты и прикололся, старый! — нервно заорал Матрос-кинг, — Таких как ты, тут полдеревни! У нас бизнес, понял? Монополия, а не богадельня! Задаром ничего не выдаем! — Гады вы! — всхлипнули на улице. — Что б вам загреметь под фанфары! — Дурак, мы предприниматели! — утирая текущий по усам самогон, возразил кот. — Вот нам бы девочку... — Девочку? — обрадовались на улице. — Эт мы мигом, тока стоить она будет вам полное ведро самогона и еще сто грамм! — Как ведро? — Птиц-секретарь подпрыгнул на месте, — это ж убытки какие! Матрос-кинг яростно почесал затылок, прикидывая, сколько ж это в бутылках. — Да откуда в нашей деревне девочки? — махнул рукой дядя Федор, — это понты его почтальонские! Давайте лучше чай пить! — Эх, Федор, — вздохнул Шариков, поднимаясь и направляясь к самовару, — все б тебе чифирить! Через час в дверь забарабанили. — Кто...— Птиц оторвался от своего косяка. — Эт, я почтальон Печкин! Ведро налили? — Печкин-лох! — дуя на горячий чай в блюдце и хрустя баранкой, заявил Шарик. — Да! — откидываясь и гладя себя по толстому животу, блаженно улыбнулся кот, — зачастили вы что-то к нам, гражданин почтальон. А дядя Федор ничего не сказал, потому что лежал на лавке и мерно похрапывал. — Я ить, вам... того-этого... девчушку привел! Кот с собакой переглянулись и пошли открывать. В проеме двери стояла невысокая девчушка, с ослепительно белой и сверкающей физиономией. Одетая в старый ватник и латаные валенки она смахивала на Филиппка. — Знакомьтеся! Внучка моя — Снегурочка! — из тьмы ночи в полосу света выступил Печкин. — Во врет! — восхищенно сказал Шариков, — откуда у тебя внучка, дед, если у тебя бабки нет? — Газеты надо читать, а не в нужник их выбрасывать, — укоризненно сказал сельский почтальон. — Слыхали о таком понятии — клонирование? — А вы, гражданин Печкин, не ругайтесь тут непонятными словами, — осторожно трогая Снегурочку за руку, зашипел Матрос-кинг, — живем мы на краю села, что в центре у вас делается и не знаем. Простительно нам. А чего она такая? — Какая? — Печкин втянул в себя пропахший самогоном воздух избы. — Ну... отмороженная какая-то, что ли! — пожал плечами кот. — Замерзла просто, пока к вам топали. Вы её к печке поставьте. Через пять минут оживет, — пряча глаза, сказал почтальон. — Может, Федора разбудим? — предложил Шарик коту. — Не надо! — посоветовал Печкин. — Сделайте ему лучше супрыз! — Не любит он сюрпризов! — сказал Матрос-кинг. — Если не ожидает чего, то плющит его сразу. — Вы этого того... самогон давайте и еще сто граммов! А там как хотите! — решительно заявил Снегуркин дед. — Налей, что ль ему, — приказал кошак собаке, втаскивая Снегурочку за шиворот в дом. — Давайте, дядя Печкин, свое ведро, — протягивая лапу, проворчал Шариков, — а сто грамм я вам на глаз налью! — Ты лучше себе на хрен налей, собака бешеная! — возмутился почтальон и, схватив полное ведро, исчез в темноте. — А ведь интеллигентный вроде человек, — задумчиво глядя ему вслед, сказал Шарик. — Слушай, псина! — окликнул его стоящий у печки Матрос-кинг, разглядывая лужу под Снегурочкой, — Девка-то наша вроде как под себя ходит! — Этого только не хватало! — испуганно подпрыгнул Шариков. — Тащи её скорее на двор, в «удобства»! Вместе они выволокли на трескучий мороз Снегурочку и, охая и чертыхаясь, понесли её через метель в угол участка. — Стой, полосатый! Перестала! — Понесли обратно? — Давай! Всю ночь они таскали бедную от печки на улицу и обратно. Злые и трезвые кот и пес совершенно замучились, и под утро, на пороге дома, Снегурочка переломилась на три части. Оставив в лапах одного из подельщиков свои ноги в драных валенках, а у второго — голову в старом треухе, средняя часть в ватнике упала на землю. — Чего это она? — изумился Шарик. — Не срослось у неё! Я как на неё первый раз взглянул, сразу понял — не жилец она у нас! — задумчиво сказал кот, — ты знаешь, это даже и к лучшему! Такую ни в магазин, ни на рынок не отправишь. Вечная головная боль! Вся в Печкина! Пойдем, помянем болезную? Дядя Федор все спал, скрючившись на лавке. Птица-секретарь сидел, нахохлившись на подоконнике, и тоже дремал, изредка всхрапывая во сне. Шариков и Матрос-кинг тихо скользнули к аппарату и зачерпнули из таза себе полный ковш продукта. — Ну...— выдохнул пес, — за внучку! — Точна! — поддержал его друг, — типа, Жучка за внучку! — Сам ты, блин блохастый, Жучка! — хрипнул пес и приложился к ковшу.
«Опер Пятаков» | 
