ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Евгения (Джен) БАРАНОВА


Об авторе. Содержание раздела

ОДИНОКИЕ ТЕКСТЫ

СТИХИ 2015

 

Эмиграция

 

Меня затрагивает жизнь

холодной лапой октября,

щенком, прирученным в Крыму,

безвкусным чудом Nescafe.

Меня растрачивает жизнь.

И я пытаюсь второпях

здесь научиться жить и жать

масличной тяжестью морфем.

 

Приставки, суффиксы, софизм.

Рифмовка вяжет узелок, садится тихо в самолет

и эмигри- , и эмигр — ать.

Меня расплющивает жизнь. Песчаной змейки поворот

так выбивает из-под ног,

так выворачивает вспять.

 

Я — Эми Грант,

I am Мегрэ.

Я детектива персонаж –

размиллионенный, пустой и все улики на лицо.

Так забывают на земле

простивший небо экипаж.

Так убивают в тишине.

Так объясняются с отцом.

 

Так оставляют маму ждать,

и ждать, и ждать (за скайпом дверь).

Плюс тридцать, Родине легко, в осенних плавках не ходи.

Я — эмигрант,

я — вор,

я — зверь,

не примиренный с миром зверь,

не подчиненный миру зверь

с горячим камушком в груди.

 

 

Космогония

 

Я боюсь, что суп остынет.

Я боюсь, что дом исчезнет,

что останутся от места

ножки, рожки, пенопласт.

 

Оживет проспект Вернадский,

встанет панцирем железным,

потечет слюной по небу

и по совести воздаст.

 

Уплывут дома-колодцы,

догорят высотки-свечи,

разрастутся снова сосны,

и березы, и репей.

 

И тогда проспект Вернадский,

упадет землей на плечи,

превратится вьюга в стаю

очень белых лебедей.

 

Из земли родится голем,

из него добудут глину,

расфасуют по адамам

для иванов и марусь.

 

Новый вырастет Вернадский,

леденящий, стройный, длинный,

и в его бетонном пальце

я случайно появлюсь.

 

 

Отрепьев

 

Не бродить по Тушино, как вор,

не тушить капусту для своих.

Смутных мыслей взломанный простор --

танец или бабочка парит.

 

Или крик в луженую гортань

мастером впечатанный немым.

Не томить в околице герань.

Не хранить в хрусталиках жасмин.

 

Ворожит пропащая Москва:

клюква-брюква, чудо на бобах.

Я иду с Отрепьевым, едва

стылого касаясь рукава.

 

Где печаль, Григорий, где просчет?

где Марина — пена— синева?

Я иду с Отрепьевым, еще

мало понимая, что жива.

 

Что не мне багряным родником

согревать народное добро.

Не искать отдушины ни в ком.

Не бродить по Тушино, не бро...

 

 

Полонез (прощание с Родиной)

 

Покинуть дом — лишь мысли оборвать,

тебя соединяющие с местом.

Лишь перестать при имени Иван

березу представлять или повестку.

 

Лишь перестать при имени Айше...

Лишь перестать в фамилии Зозуля

ловить кукушек. Маленький ковчег —

мой полуостров, радуга в июле.

 

Сосновый лес, смешная кукуля,

которую не ест герой приезжий.

Покинуть дом — матросом корабля,

уткнувшегося мордой в побережье.

 

Едва заснешь — припомнишь кубете,

морскую пристань, скрип велосипеда.

Покинуть дом — востребовать патент,

вручить права бессоннице усердной.

 

Не помнить коз, которые паслись

на сих холмах с приезда аргонавтов...

Покинуть Ялту! — Жизнь моя! Сложил

тебя не самый терпеливый автор.

 

 

И черным ходом в будущее вышли

 

 

Ни черным, ни белым, ни цветом льняным,

ни ходом кротовьим, ни ходом прямым,

ни ходиков скрипом, ни плачем дверей

не впустит нас будущность в скрытую дверь.

 

Ожог на ресницах — послушный ожог.

Из песенки вырос пустой колосок.

Из впадин оконных ушли леденцы,

и пряничный домик оденется в цинк.

 

Мой призрачный мальчик, ты помнишь слушок,

как будто Айвенго убит Плохишом,

как будто война не имеет лица,

как будто в сугробе звенит стрекоза.

 

А ты говорил — о тебе говорить —

мы вместе так долго, что можно убить.

 

Но я не убийца, а ты не поэт,

и в нашем тоннеле лишь газовый свет.

 

Ни черного входа, ни выхода нет.

 

 

* * *

 

 

Еще говорят, пользительно умере...

Можно понравиться — сразу же — всем подряд.

Назовут твоим именем дамбу, курорт, курень.

Станешь ты интересен, как гей-парад.

 

Бронзовой досточкой любо, друзья, висеть

над зданием школы — и получать мячом

прямо в фамилию. Смерть — это только смерть.

А уважение, стало быть, ни при чем.

 

Будь ты Джейн Остен, Тайсоном пожилым,

странным, нелегким, как среди белых груздь...

Ради посмертной славы ввинтиться в дым?

Вы продолжайте — как-нибудь перебьюсь.

 

 

И вот пришла поэзия

 

 

И вот пришла поэзия, стоит

в дверях/в сенях/на самоваре бабой.

И тянет вверх, и тянет говорить,

но горло перехватывает как бы.

 

И блеск от слов, точнее, гарь горнил,

доспехов блеск, восторг оруженосцев.

И вот пришла поэзия — гони!

Или отдай, но только не потворствуй.

 

За каждый вымпел, каждый огонек,

за каждый поэтический окурок,

придется отвечать, мой королек,

придется умирать на партитурах.

 

Иначе жизнь — бессонная петля.

Ишь, как душа под панцирем клокочет.

И вот пришла поэзия. Ныряй.

Не оставляй свободы многоточьям.

 

 

Дожечь до сути

 

 

Дожечь до сути, выхватить удар,

включить конвектор вымыслов сухих,

уехать в Пензу, в Сызрань, в куд-куда

и никогда не завершать стихи.

 

Жить чем придется. Даже C++

напомнить о своем небытие,

но никогда не говорить «вернусь»

и никогда не приходить к тебе.

 

Зачем идти, когда глаза домов

заплаканы, затерты, влюблены

совсем в других.

Другие глушат гроул

и звездной пудрой присыпают сны.

 

 

Мунк

 

 

ни слова ни любви не говори

налим в сети и яблоко в налив

ни жестом ни движением спины

ни способом заслуженно иным

 

не надо ни поэзии ни По

ни господа в тельняшке самого

оставь меня пустынной дождевой

оставь меня не встреченной тобой

 

игрушки спят убийцы доктора

из рыбы спит изъятая икра

и сердце спит на дребезгах помех

спокойной смерти каждому из всех

 

 

* * *

 

 

Играл дурак на скрипочке —

рождались облака.

Мелодией несбыточной,

неслышимой пока.

 

Сквозь клетки, брусья, камеры,

сквозь клеточки тепла.

Никто не знал заранее,

где музыка жила.

 

Со скоростью улиточной,

в развалинах колонн,

играл дурак на скрипочке

под зрелое merlot.

 

Резвилась песня кречетом —

не смели обкорнать.

Играл дурак до вечера.

Закончилась война.

 2    28    27    26    25    24    23 

Новые стихи — Previous 10

2006 — 2005. Рифмоглавы и циклы

О творчестве Евгении (Джен) Барановой

Стихи — Проза Аудиозаписи

Об авторе. Содержание раздела

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com